Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Заработал новый сайт Изборского клуба

Уважаемые читатели!

Рады сообщить Вам, что у нас заработал новый сайт, с более красивой и удобной навигацией. На сайте вы найдете статьи и видео членов и экспертов клуба, информацию о региональных отделениях и событиях клуба, а так же электронную версию журнала "Изборский клуб. Русские стратегии".

Добро пожаловать на новый сайт Изборского клуба: https://izborsk-club.ru

Если есть предложения и замечания, присылайте их на почту: club@izborsk-club.ru

Снимок экрана от 2016-12-03 12-40-18

promo izborskiy_club november 21, 2016 22:00 1
Buy for 20 tokens
В Севастополе открылось региональное отделение Изборского клуба. В рамках сообщества интеллектуальные элиты страны оказывают огромное влияние на формирование патриотически ориентированной государственной политики во всех сферах. Теперь их деятельность расширилась ещё на один регион. Более 30…

Бутафория науки: остановится ли научно-технический прогресс?

pic_601598d8

"ЗАВТРА". Сегодня у нас в гостях главный редактор интернет-газеты "Журналистская правда" Сергей Загатин. Тема нашей беседы — технологическая сингулярность. На Западе на протяжении последнего десятка лет весьма активно продвигают эту философскую концепцию, автором которой является американский изобретатель и футуролог Реймонд Курцвейл. Он в своё время заявил, что вскоре, уже буквально в 2030 году, должна возникнуть некая сверхсущность, суррогат всепланетного сверхразума. Курцвейл видел такую сингулярность в образе искусственного интеллекта, всепроникающей сети, некоего разума, который заменит в перспективе всё — культуру, науку, историю, смысл будущего, после чего человечество должно отойти на какую-то вторичную роль, уступив путь дальнейшей эволюции искусственной сверхсущности, как сама биологическая жизнь в своё время оказалась в подчинении у человеческого разума.

Но рассуждая о такой сингулярности и её объективных предпосылках, мы должны сказать и иное: в этот момент возникает зияющая пустота в цели человечества. Потому что получается, что искусственный разум должен не только работать за нас, но и "все плюшки есть": причём не только в материальном смысле (тут как раз, скорее всего, никто от голода не умрёт), а в первую очередь — в части развития и эволюции. Получается, что человечество в момент сингулярности внезапно осознаёт себя вторичным и ненужным. Ваше мнение: как сложится в ближайшее время научно-технический прогресс, который вроде бы должен нас вывести на эти зияющие вершины? И насколько вообще возможна сингулярность Курцвейла — не придумываем ли мы себе снова ложного "бога из машины"?


Сергей ЗАГАТИН. Скажем сразу: Реймонд Курцвейл отнюдь не был "изобретателем" технологической сингулярности. О ней как о философской концепции, начали говорить ещё в 1970-80-е годы на фоне успехов науки и техники — когда стало ясно, что каждое следующее человеческое изобретение требует всё меньше и меньше времени на создание, внедрение и самое широкое распространение. Это вообще особенность любых неравновесных термодинамических систем, которые развиваются с эволюционным кризисом. И в целом человечество тут не уникально — сингулярность можно описать и процессом внезапной кристаллизации переохлаждённой жидкости, и процессом ядерного взрыва в результате цепной реакции. Математическая и философская картинка будет одинаковой: сначала развитие по экспоненте, потом разрыв и кризис, сравнимый по внезапности со взрывом, а потом — переход в иное, нетипичное с точки зрения предыдущего развития событий, состояние. Поэтому, наблюдая такой взрывной рост технологий весь ХХ век, концепцию технологической сингулярности осознали и описали достаточно давно, задолго до Курцвейла. Он же здесь выступил скорее популяризатором "скучных" философских идей Пригожина, Форрестера или Медоуза.

"ЗАВТРА". Но ведь всегда были и критики идеи сингулярности. Помнится, в 90-х годах, на фоне краха СССР, в западном мире даже возобладала иная концепция — мол, "всё остановилось, революций больше не будет". Френсис Фукуяма тогда написал программную книгу с такой критикой — "Конец истории", в которой говорил, что больше в мире ничего происходить не будет.

Сергей ЗАГАТИН. Ну, надо сказать, всерьёз в "конец истории" даже тогда никто не верил. Ведь в 1990-е годы НТП отнюдь не остановился, скорее наоборот — пошёл семимильными шагами. Именно тогда все поняли, что действует закон Мура, который показывал удвоение количества транзисторов в процессорах каждые несколько лет. Всё в тот период, как и положено в рамках эволюционирующей неравновесной системы, развивалось. Были очень большие достижения в науке, технике — несмотря на кажущееся спокойствие в мировой политике. И, как следствие, конец истории оказался фикцией. История оправдала все ожидания — и снова пошла вперёд. Скорее, мир тогда переоценил какие-то другие моменты развития — например, мы помним, какие перегретые ожидания были относительно роли интернета в бизнесе, в продажах и в быту.

Collapse )

Искусственный интеллект приведет к сознательной архаизации жизни

архаика

Академик Александр Кулешов, один из ведущих отечественных специалистов в деле создания нейросетей, искусственного интеллекта и сложных систем обработки информации рассказал о том, насколько близко человечество к созданию самосовершенствующихся машин, к чему приведет их создание и то, был ли прав Стивен Хокинг, опасающийся тех проблем, которые несут за собой разумные машины.

"ЧУЖОЙ" ИЛИ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ИНТЕЛЛЕКТ?

"Почему искусственный интеллект и "умная" обработка данных сегодня привлекают так много внимания? Что произошло? Данные, на самом деле, обрабатывались всегда. Еще со времен Галилея результаты научных экспериментов обрабатывались (математически). Что сегодня случилось нового, что вытолкнуло эту проблему на передний план?", — начал свой рассказ ректор "Сколтеха".

Как отмечает академик Кулешов, изменился объем данных, с которыми сегодня работает человек и компьютеры – сейчас компьютерные программы собирают, хранят и обрабатывают терабайты и петабайты данных, обработка которых при помощи традиционных систем анализа информации крайне сложна.

Люди, к примеру, операторы АЭС или пилоты самолетов, имеют доступ к десяткам или даже сотням экранов с различной диагностической информацией, каждый из которых почти ничего не значит сам по себе, и не поможет найти ошибку в работе оборудования, но комбинация которых почти со 100% вероятностью позволит раскрыть проблему еще до того, как она достигнет критической стадии.

Естественно, продолжает ученый, что человек не способен одновременно следить за 50 экранами, что порождает необходимость создания систем, которые анализировали бы эти данные и выводили на один экран только то, что действительно важно для принятия решений и мониторинга ситуации.

"Абсолютно новые математические системы, появившиеся для анализа таких "больших данных", выросли за их пределы, и они применимы для анализа любой информации при помощи любых технических средств. На самом деле, они бы и в 17 веке были бы новыми и пригодились бы ученым того времени. Но я подчеркиваю, что все это появилось именно на волне новых технологий", — продолжает Кулешов.

Большая часть дискуссий вокруг этих технологий, как отмечает академик, произрастает из того факта, что существует разница между русским словом "интеллект" и английским словом intelligence, которая заставляет многих участников этих споров считать, что искусственный интеллект должен быть некой антропоморфной конструкцией, напоминающей и имитирующей свойства интеллекта человека. На самом деле, по словам Кулешова, последние 25-30 лет исследований показывают, что подобный подход ошибочен и не ведет к значимым результатам, применимым на практике.

"Антропоморфность и природоподобность – популярные термины, однако за минувшие века ничего никогда не получалось. К примеру, Леонардо да Винчи рисовал механических коней, Дедал и Икар пытались летать, как птички, однако ничего никогда не получалось – по нашим улицам сейчас бегают совсем не механические кони, и летаем мы иначе. То же самое с мозгом – те попытки понять, как устроен мозг, и сделать то же самое в компьютере, полностью провалились", — добавляет лектор.

Collapse )

Пятна «искусственного солнца». Термоядерная энергетика

токамак

На вопросы «Завтра» отвечает публицист Валентин Гибалов (tnenergy), специалист по атомной и термоядерной энергетике

"ЗАВТРА". О чём хотелось бы сегодня поговорить: человечество уже полвека стучится в двери термоядерной энергетики. Стучится долго и громко, но столь же безрезультатно, и многие уже начали думать, что никакого термоядерного синтеза нет, что учёные всё выдумывают о "мирном термояде". Мол, у них до этого была игрушка — атомная энергетика, а теперь они придумали некую термоядерную, которая даст нам громадные запасы топлива, бесплатную чистую энергию… но нас просто обманывают! Я понимаю, что это достаточно известный миф, но что вы можете сказать по этому поводу?

Валентин ГИБАЛОВ. Мне кажется, хорошим ответом на это является начало всей термоядерной истории. В 1952-53 годах были взорваны первые термоядерные бомбы. И ровно с этого момента начинаются секретные программы разработки термоядерных реакторов, управляемого термоядерного синтеза — связь тут очень чётко прослеживается. Это решение приняли и в США, и в СССР сразу, как только пришло практическое подтверждение, что выход энергии есть, причём выход колоссальный и необъяснимый даже в случае использования реакции деления урана или плутония. Просто учёные тогда посчитали, что если взять весь уран, например, "Царь-бомбы" и поделить его, то его энергии не хватит на все те мегатонны, которыми она рванула на Новой Земле. И с тех пор получена масса подтверждений термоядерной реакции, можно, например, практически "в гараже" собрать такие полуигрушки-реакторы, называющиеся "фузоры"…

"ЗАВТРА". …и которые буквально "в холодную" делают синтез нескольких атомов в минуту?

Валентин ГИБАЛОВ. Да! Но они излучают нейтроны, причём объяснить появление этих нейтронов в фузорах как-то по-другому невозможно. Надо признать, что там идёт термоядерный синтез. Конечно, такой маленький реактор не будет выдавать электроэнергию, но лучить нейтронами во все стороны вполне будет. Так что лучше не спать с ним в обнимку — хотя топливом для фузора и будет обычный тяжёлый водород-дейтерий, в небольшом количестве содержащийся в простой водопроводной воде, которую заливают в фузор.

"ЗАВТРА". А вот если сейчас сказать о термоядерном топливе для наших читателей… В фильме "Луна-2112" главный герой добывает гелий-3 на поверхности Луны. А что является основным термоядерным топливом на Земле?

Валентин ГИБАЛОВ. Сейчас для термоядерного синтеза рассматриваются всего три реакции. Причём из них более-менее реалистична одна-единственная — дейтерий-тритиевая энергетика. Она самая простая и даёт больше всего энергии на выходе. Но есть у неё и инженерные недостатки, довольно серьёзные, которые очень усложняют жизнь.

"ЗАВТРА". Например, нейтроны.

Валентин ГИБАЛОВ. Да, нейтроны. Которые активируют реактор и всё вокруг: термоядерный реактор становится сам очень высокорадиоактивным. Например, получается, что "время жизни" первой стенки реактора на дейтерий-тритии — всего пять лет, то есть каждые пять лет надо менять один из самых сложных компонентов реактора. И, конечно, это экономически очень затратно. Собственно, поэтому мы имеем в мире лишь один-единственный научный проект термоядерного реактора — ITER (ИТЭР).

Кроме дейтерия-трития есть реакция дейтерий-дейтерий ("монотопливо") — она получается совсем неудобной по физике, потому что у неё тоже на выходе много нейтронов, и при этом она гораздо тяжелее в достижении нужных параметров реактора, в первую очередь — температуры плазмы. И есть лунный гелий-3, которого практически нет на Земле, но которого много в грунте Луны. Но у этой реакции ещё больше требования, безумная проблема в плане того, как сделать реактор, который бы удерживал плазму из дейтерия и гелия-3.

Collapse )

Реактивный самолет в рюкзаке: новая российская микротурбина

Сергей Журавлев, руководитель проекта создания газотурбинного двигателя сверхмалого размера рассказывает о преимуществах применения микротурбин в различных отраслях экономики.



Поколение троечников: остановился ли научно-технический прогресс?

«Нынешнее состояние развития цивилизации и темп прогресса задали всем людям простой вопрос: "А готовы ли мы к тому миру, который сами создаём?". И каждая страна сегодня ищет ответ на этот вопрос, пытаясь не потерять своего места в новом, меняющемся мире, к приходу которого люди часто оказываются не готовы»

Гость студии - главный редактор издания «Журналистская правда» Сергей Загатин.
Ведущий - Алексей Анпилогов



Статистика и академическая наука: взаимные вызовы

учет

Василий Симчера

Самое слабое звено в современных исследованиях – статистика, которая, как наука о доказательствах, основанных на фактах, сегодня даже в академических кругах сплошь и рядом превращается в игру в цифры и используется, как правило, всего лишь как наглядное украшение, а не как одно из самых мощных орудий познания законов окружающего нас мира и принятия на их основе объективно обусловленных решений. Почему же при всём своём не только научном, но и практическом значении именно такая сомнительная и в не малой мере приземлённая роль отводится статистике не только в современной науке, но и в самой жизни?

Истина и правда (и далее человеческие представления о них) всегда и везде, как известно, разные. Но не в таком масштабе и в таком обнажённом виде, как в статистике. В современной (и не только отечественной) статистике они чудовищно разные и не объяснимые, а на поверку, казалось бы, здесь, как нигде, расхождения между ними должны быть минимальными и абсолютно понятными. Отсюда везде и всегда особые претензии к статистике и как к науке, и как к отрасли практических занятий, подчас откровенно недоверчивое отношение к ней не только обывателей, но и многих специалистов. Негативные отзывы о статистике, общая неудовлетворённость статистическими данными и публикациями (впрочем, как прозрачными, так и сомнительными), массовые фальсификации данных, пробелы, подозрения и недоверие, агрессивные разоблачения и желание их незамедлительно исправить (и как общее следствие – разнобой между теоретическими допущениями и наблюдаемыми фактами, словом и делом) – сегодня никого не удивляют и стали нормой жизни.

И хотя современная статистика никак не дальше находится от истины, чем другие родственные науки и отрасли практических занятий, она, вечно обвиняемая в подобных неурядицах и всегда пребывающая в подозрениях и манипуляциях, сегодня глубоко больна и нуждается в серьёзном лечении. И не по чисто теоретическим соображениям, но потому, что (при нынешних урезанных возможностях) общественные вызовы и спрос на неё везде по крайне мере кратно (а в академической среде иногда на целые порядки) превышает предложение, тогда как её продукт (современные полные и достоверные данные) повсеместно остается самым востребованным и остродефицитным.

Как исправить это положение? С чего начинать? Вот мои предложения в тезисной форме.

Collapse )

Георгий Малинецкий. Российская наука: последний рубеж.

science

Общим местом стало утверждение, что у нас сейчас нет дальновидной, эффективной, научно обоснованной политики ни в одной сфере жизнедеятельности, в том и числе в технологической, инновационной, образовательной и научной.

После того, как о важности прогноза, планирования и разработки стратегии России начал говорить Президент РФ, можно было ожидать появления «стратегий», «концепций» и «доктрин» разного сорта.

И действительно, такие стратегии появились. В этих заметках мы обсудим проект «Стратегии научно-технического развития Российской Федерации до 2035 года», подготовленный Фондом «Центр стратегических разработок», которым ныне руководит А.Л.Кудрин, по заданию Министерства образования и науки Российской Федерации (вариант от 5 мая 2016 года) и реакцию на него научного сообщества. Этот документ, судя по предыдущим, имеет все шансы быть принятым и повлиять на инновационную сферу России.

Во-первых, идеи, логика, аргументы и предложения «Стратегии» показывают непрерывность и преемственность документа по отношению ко всем тем, которые писались в этом жанре по поводу инноваций в последние 20 лет. Чувствуется стиль, рука, интеллектуальная, а возможно, и организационная близость к авторам предшествующих работ по этому поводу из Высшей школы экономики (ВШЭ) и Российской академии народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС).

Второе достоинство состоит в том, что авторы не рассказывают, какова судьба их или их коллег предшествующих «инновационных документов», принятых Правительством, и результаты их реализации. Думаю, что это сделано из гуманитарных соображений, чтобы не огорчать читателей документа. Идеологом развития национальной инновационной системы (НИС) России по пути, предложенному в «Стратегии», можно считать бывшего министра образования А.А. Фурсенко. Ситуацию он оценивал весьма сдержанно : «Однако отсутствие яркого эффекта от НИС сегодня вовсе не означает, что была проведена бесполезная работа, были бессмысленно затрачены деньги. Просто теперь систему надо настраивать. При этом роль государства должна быть паритетной по отношению к остальным участникам НИС, а его вмешательство не может быть навязчивым…»

Collapse )

Сергей Глазьев: МВФ продолжает мистифицировать нашу экономику

Глазьев


В отличие от России и большинства других постсоциалистических государств, политика передовых стран ведется на основе здравого смысла и успешного практического опыта вопреки рекомендациям рыночных фундаменталистов. Последние фабрикуются исключительно на экспорт для периферийных стран, чтобы удерживать их в подчиненном положении сырьевых придатков и финансовых доноров. МВФ рекомендует российскому руководству продолжать самоубийственную политику высоких процентных ставок, жесткой денежной политики и свободного плавания курса рубля и одновременно оправдывает политику низких процентных ставок, безбрежной денежной эмиссии и управляемого курсообразования валют в США, ЕС и Японии. Для оправдания политики рыночного фундаментализма в России применяются всевозможные мистификации состояния экономики, призванные представить негативные результаты как успехи. К примеру, руководитель Банка России объявляется лучшим в мире на фоне присвоения рублю наихудшего в мире рейтинга по устойчивости валют.

В экономической науке давно назрела революция, которая по своему масштабу будет сопоставима с революцией в медицинской науке, произошедшей столетие назад. Нужен переход от патологоанатомических изысканий и наукообразной схоластики к разработке теории развития экономического организма. Именно процесс развития хозяйственной деятельности, а не обмена ее результатами, должен стать главным предметом экономической науки. Соответственно, должна поменяться методология.

Процесс развития характеризуется усложнением и повышением разнообразия системы. Поэтому, в отличие от теории обмена, которая сориентировалась на поиск состояния равновесия и редукцию от сложного к простому в целях выявления всеобщего эквивалента, теория развития ориентируется на поиск механизмов удержания нарастающей сложности в рамках воспроизводящейся целостности. Эволюция живых, в отличие от неорганических систем, носит негэнтропийный характер, развиваясь по пути усложнения. Поскольку экономика является живой системой, главным предметом экономической науки должно стать изучение закономерностей ее развития и, соответственно, механизмов ее усложнения и удержания целостности и устойчивости в процессе повышения разнообразия хозяйственной деятельности и ее результатов.

Collapse )

О проблематике инженерного сознания

Инженер-дизайнер Игорь Сафронов о проблематике инженерного сознания и том, как будет выглядеть общество будущего.

Ведущий - Дмитрий Перетолчин.